«Войну и мир» сыграли там, где был написан роман

«Войну и мир» сыграли там, где был написан роман

Сцену Вахтанговского театра один в один повторили в усадьбе Толстого

В ночь с пятницы на субботу, когда мир погрузился в глубокий сон, в родовой усадьбе Льва Толстого, в Ясной поляне, раздавались крики «браво» и звучали, кажется, нескончаемые аплодисменты. На такой высокой ноте Театр имени Евгения Вахтангова завершил первый показ своего самого громкого премьерного спектакля «Война и мир», которым он открыл фестиваль «Толстой». И впервые такую масштабную постановку играли под открытым небом. С подробностями из Ясной поляны — обозреватель «МК».

Граф Лев Николаевич Толстой (артист Евгений Карельских) с бородой, в шляпе, опирающийся на палку, фотографируется в окружении артистов, монтировщиков, гримеров, костюмеров. Групповой портрет на память. Все счастливы, включая графа. Фон съемки самый что ни на есть природный — темная ночь, которая подсвечена фонариками тысячи мобильных телефонов зрителей, которые после показа не спешат расходиться. И это  эффектная финальная точка триумфально завершившегося первого показа «Войны и мира», который начался здесь ещё засветло, когда зрители начали съезжаться в родовое гнездо Толстых. 

Кажется, что в Тульскую область приехала не только вся Тула с ее окрестностями, но и Москва. Кто не попал на спектакль Римаса Туминаса в столице, рванули в Ясную поляну. Во всяком случае, народу здесь тьма. Ходят, бродят от двухэтажного дома Льва Николаевича, где он прожил в общей сложно пятьдесят лет и где написал «Анну Каренину» и «Войну и мир», до его могилы. «Без своей Ясной Поляны я с трудом могу себе представить Россию и моё отношение к ней», — писал граф. 

Для того, чтобы ведущий российский театр в Ясной поляне сыграл выдающийся спектакль Римаса Туминаса, здесь специально возвели Вахтанговский театр. То есть не сам театр, конечно, а один в один скопировали его Историческую сцену — высотой без преувеличения с пятиэтажный дом, и трибунами на тысячу зрителей.

— Театр Вахтангова много гастролировал. Когда-нибудь вам приходилось работать на подобной площадке? — спрашиваю я директора театра Кирилла Крока. 

— Не приходилось. В Греции у нас были необычные площадка — в Эпидавре, где Римас на подлинной античной сцене выпускал «Царя Эдипа». Ещё мы играли в Афинах, в амфитеатре «Царя Ирода». Я даже помню, как один из четырех спектаклей там пришлось отменить, потому что был сильнейший ливень. Но так, чтобы спектакль, выпущенный на стационарной сцене,  сыграли на открытом воздухе, на специально построенной для  него  сцене, такое у нас впервые. Если бы это не родина Льва Толстого, мы вряд ли бы подписались на такую… 

— Авантюру?

— Авантюра — это когда человек из чего то приобретает выгоду. Мы же приобретаем выгоду только профессиональную. Сможет ли театр с таким огромным спектаклем работать на открытом воздухе? А так, учитывая, что это конец сезон, который был тяжелённый со всех сторон — и столетие театра, и премьера «Войны и мира», и трагические события, связанные с отъездом  Римаса, когда он не может быть с нами, вряд ли бы подписались. Но фестивалю «Толстой» мы сказали: «Да». Но даже сами строители признались, что им впервые пришлось собирать  подобную  огромную площадку с такими нагрузками. Одна декорационная стена, которая катается по сцене весит порядка 2,5 тонны. И сцена оборудована ровно так, как у нас в театре — свет, звук —  все один в один. К новым условиям «Войну и мир» адаптировал актёр и ассистент Туминаса Эльдар Трамов, недавно сам выступивший в качестве режиссера.

Сцена готова и ждёт. Занавес ещё закрыт. Все артисты собрались на сцене и слушают Римаса Туминаса, который вышел с ними на связь по скайпу. Он просит артистов не терять темпоритм, напоминает куда тянуть нить истории, но самые главные его слова, пожалуй такие: «Спектакль много гастролирует, но именно в Ясной поляне он должен родиться. Вы должны играть не как подарок, который привезли людям из Москвы, а как покаяние».   

С этим и начали в восемь вечера, ещё засветло. Трибуны забиты. Но те, кто не попал на спектакль не уходят, остаются стоять возле металлических ограждений: отсюда не видно, но отлично слышно все. Пара оттаянных зрителей залезли на деревья и оттуда наблюдают первую сцену — салон Анны Павловны Шерер. «Пьер, вы русский», —  с вызовом спрашивает героиня Людмилы Максаковой. 

После первого антракта над «Войной и миром» склонилось чёрное небо. Естественные декорациями стали вековые деревья, которые возвышались над трибунами зрителей и все это — тёплая ночь, звуки вокруг, мотыльки, мечущиеся в свете софитов — производили сильное впечатление как на зрителей, так и актёров. «Это влияло на мой текст, и даже совпадало с ним, когда, например, я читал  монолог в сцене Бородино, — говорит мне Юрий Цокуров, блистательно исполнивший роль Николай Ростова. Коллеги только подтверждают его слова — что-то необъяснимое было в этой природной декорации, и сам текст Толстого звучал иначе,  Особенно сегодня, когда в схватке на Земле сцепились война и мир. 

Для Евгения Князева, играющего роль старого Болконского, приезд в Ясную поляну имеет особое значение. Он родился и вырос буквально в двух километрах от Ясной поляны. После войны его родители совсем молодыми людьми приехали работать на местные угольные шахты — возрождать их. «Это было в посёлке под названием Западный, — рассказывает артист, — здесь  я учился в школе и часто ходил на экскурсии в Ясную поляну. Мне очень нравилась профессия экскурсовода, и я, когда возвращался домой, сочинял свои экскурсии, представлял как говорю людям: «посмотрите направо, а теперь —  налево». Я серьезно думал, что когда вырасту, то стану экскурсоводом, а стал, как видишь,  артистом. Более того, никогда не думал, что сыграю самый нелюбимый мной персонаж романа — старого князя Болконского. Мне, когда я впервые прочёл роман ещё в школе, он казался таким злым, таким, ну прямо скажем,  тираном». 

Евгений Владимирович играет удивительно тонко и в тоже время на грани гротеска. Замечательно работают и остальные — опытные вахтанговцы (Людмила Максакова, Владимир Симонов, Сергей Маковецкий, Олег Макаров, Анна Дубровская, Мария Шастина, Ольга Чиповская, Ирина Дымченко) и молодые актеры, о которых именно после премьеры заговорили как о ярких индивидуальностях — о Денисе Самойлове и Павле Попове в роли Пьера Безухова, Владимире Логвинове (Анатоль Кулагин), Юрии Цокурове (Николай Ростов), Марии Волковой (Соня), Яне Соболевской и Анне Антоновой (Элен). Дебют студентки Театрального института имени Бориса Щукина  Ксении Трейстер в роли Наташи Ростовой, состоявшийся в Москве, в Ясной поляне толко подтвердил потенциал дебютантки, теперь зачисленной в труппу театра. 

После спектакля, когда был сделан памятный снимок на сцене (Лев Толстой в окружении артистов и всей технической команды) интересуюсь у Кирилла Крока: «У открытой  площадки, есть один серьезный фактор  риска — это погода. Если начнётся дождь, вы остановите спектакль?» — «Нет, не остановим. Артисты, конечно, находятся в более  выгодном  положении — над ними крыша. А зрители… им приготовлены дождевики, и они, мне кажется, готовы к любым сюрпризам».

Источник: mk.ru

Похожие записи