«Лежали, как камни»: зачем голландец возвращает имена советским солдатам — РИА Новости, 07.11.2021

«Лежали, как камни»: зачем голландец возвращает имена советским солдатам — РИА Новости, 07.11.2021

 «Лежали, как камни»: зачем голландец возвращает имена советским солдатам

  • «Остановили стрелки часов»
  • Первый среди живых
  • Поиск по номерам
  • Обелиск под опеку

© Фото : предоставлено Ремко РейдингомЧитать ria.ru в Двадцать три года голландец Ремко Рейдинг ищет родственников советских солдат, похороненных на Поле Славы недалеко от города Амерсфорт. Всего здесь 865 могил — в основном военнопленных. На некоторых плитах не было даже имен. Бойцы десятилетиями числились в списках пропавших без вести. Близкие не знали о них ничего.»Остановили стрелки часов»В феврале 2000-го молодой журналист из Голландии бродил по Алуште. В командировку приехал на собственные деньги. Русского языка не знал, долго искал дом погибшего советского солдата.За два года до этого Рейдинг впервые посетил Россию, и его жизнь круто изменилась.»Тогда были популярны поездки в разные страны по обмену. В институте, где я учился, мне предложили на выбор Россию или США. Я подумал, что в Америке еще не раз побываю, а у вас — вряд ли. В итоге Нью-Йорк пока так и не видел, а в Москве прожил восемь лет», — говорит Ремко.© Фото : предоставлено Ремко РейдингомМогильные плиты на Советском Поле СлавыВ Россию он буквально влюбился. Вернувшись домой, часами рассказывал о культуре и людях, которых встретил.»Редактор предложил: «Раз тебе так интересна эта страна, напиши материал о кладбище, где лежат советские воины», — вспоминает Рейдинг. — А я ведь даже не знал, что в моем родном городе есть такой мемориальный комплекс. На Поле Славы поехал в тот же день. Место меня поразило. Не заброшенное — могилы в идеальном состоянии, за этим в Голландии следят. Но забытое: никто не знал, что за человек похоронен под той или иной плитой, были ли у него жена, дети. Солдаты лежали там, как камни — без прошлого».

26 июня, 08:00″Тут круче, чем в Айдахо»: что привело американца в алтайскую глубинкуИскать информацию о кладбище журналист начал в местном архиве. Думал, потратит максимум неделю. Однако только через полтора года, после обращений к документам из Голландии, России и США, у него появились данные о первом бойце: Петр Коваль. Призван из Алушты, проживал на улице Судакской, дом пять.»Я прибежал в редакцию, говорю: нужно срочно покупать билеты в Россию. Но денег на командировку не выделили». Ремко признается: понимал, что лететь за три тысячи километров, когда есть только бумажка с адресом, — настоящая авантюра: «Но если бы не поехал, долго жалел. В итоге сам купил билеты».Найти хоть какие-то данные о родственниках помогли в алуштинском музее. Выяснилось, что у Петра была семья: жена Галина и двое детей. Но все уже умерли.© Фото : предоставлено Ремко РейдингомПетр КовальРемко готов был улететь ни с чем. Но прежде решил позвонить на местное телевидение. Сюжет о странном голландце, приехавшем в Крым искать советского солдата, пустили в эфир. Через несколько часов с ним связалась соседка, которая помогала Галине в последние годы жизни.

"Она рассказала потрясающую историю, — продолжает Рейдинг. — Петр с супругой очень любили друг друга. Перед его уходом на фронт они остановили стрелки настенных часов. Договорились, что заведут их, только когда встретятся".

Галина ждала больше тридцати лет. Так и не вышла замуж, во время войны похоронила детей. А когда сама была при смерти, попросила положить часы в ее гроб.»Я понял: бросать поиски не имею права, — говорит Ремко. — Потому что все еще много людей, таких как Галина, не знают о судьбе своих родных». Первый среди живыхПосле Алушты журналист отправился в Ялту, чтобы найти близких другого солдата — Владимира Ботенко. Адрес дали в военкомате.© Фото : предоставлено Ремко РейдингомСемья Владимира Ботенко»Звонил в дверь квартиры и думал, что там дальние родственники. Но мне открыл его сын Дмитрий», — вспоминает Рейдинг.Спустя столько лет родные уже и не надеялись узнать о судьбе Ботенко. Отправляли запросы, однако в голландских архивах фамилию написали с ошибкой — Батенко.»Оказалось, в России его считали чуть ли не предателем. Знакомые даже утверждали, что видели его в Германии после войны. Хотя такого не могло быть — он умер в 1945-м», — объясняет Ремко.© Фото : предоставлено Ремко РейдингомДмитрий Ботенко на могиле отца в ГолландииГолландец еще несколько раз приходил в семью Ботенко. Побывал в доме, который тот начал строить перед тем, как призвали на фронт.

"Тоже трагичная история. Старший сын Владимира погиб на войне. Дмитрий помнит: получив похоронку, мать кричала и каталась по полу. Как и Галина, она повторно не вышла замуж — ждала".

Об этой семье Ремко написал книгу. А в честь Дмитрия — первого родственника, которого смог отыскать, — назвал сына.Поиск по номерамС тех пор Рейдинг узнал биографии более 250 солдат с Поля Славы, нашел родных 220 бойцов. Среди них есть и похороненные в безымянных могилах.»Работа очень кропотливая, — объясняет Ремко. — Каждый попавший в лагерь военнопленный получал уникальный номер — его указывали в свидетельстве о захоронении. По этим цифрам можно вычислить фамилию, потом провести генетическую экспертизу и установить родственную связь».© Фото : предоставлено Ремко РейдингомСоветское Поле СлавыИногда потомки сами выходят на Рейдинга. Например, с ним связалась внучка солдата, призванного из Тверской области. Журналист пятнадцать лет безуспешно искал эту семью. Как выяснилось, они переехали — сначала в Белоруссию, потом в Латвию.Ремко признается, что не раз хотел бросить поиски, особенно в первые годы: «Когда сталкиваешься с неудачей, думаешь: зачем я сижу в архиве? Все мои друзья в баре. Но потом слышишь слова благодарности от родственников и осознаешь — все не зря. Как-то дочь одного бойца пригласила меня попробовать клубники с собственного огорода. Я как раз жил в Москве — и заболел. Так она привезла ягоды из Владимирской области, отдала мне, села в автобус и поехала обратно. Я понял: раз пожилая женщина готова восемь часов провести в дороге, чтобы меня угостить, я делаю что-то хорошее».Обелиск под опекуУ Советского Поля Славы есть фонд — любой может взять под опеку одну или несколько могил. Взнос — 50 евро. На эти деньги Рейдинг с коллегами возят в Голландию родственников солдат, проводят генетические экспертизы, ухаживают за надгробиями. В этом году, например, полностью обновили плиты — указали точные имена, фамилии, даты рождения и смерти идентифицированных бойцов.

6 июня, 08:00″В Милуоки не вернусь»: что держит американца в беднейшем регионе РоссииСреди опекунов почти все — голландцы. По словам Ремко, люди считают несправедливым, что о воинах на десятилетия забыли: «Мы живем в свободной стране в том числе благодаря им».Во время учебы Рейдинг хотел писать о спорте. Но один из первых репортажей превратился для него в дело жизни. Впереди еще много работы: нужно найти биографии почти 600 человек. Это целый полк. Пока — безымянный.

Источник

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *